Наш адрес

ул. Ленина 28, Цимлянск, Ростовская область.

Наша почта:

vk-jurist@bk.ru

График работы

Пн-Пт: 9.00 до 17.00

Архив автора %s vk-jurist

Верховный суд разъяснил, почему нельзя узаконить самовольные пристройки

Очень актуальное разъяснение сделал Верховный суд РФ, когда изучил материалы спора жительницы Краснодара с местной властью о расширении квартиры. Жилье у дамы располагалось на первом этаже многоквартирного дома, и она переделала свою квартиру по собственному усмотрению, увеличив жизненное пространство за счет дополнительных пристроек с улицы. Подобные «расширения» квартир на первых этажах многоквартирных домов — бич многих российских городов и поселков. Поэтому важно знать, как такие действия оценивает суд и какие нормы закона в подобных ситуациях применяются.

В нашем случае хозяйка двухкомнатной квартиры в областном центре увеличила ее на 15 квадратных метров. Женщина провела перепланировку внутри квартиры и возвела еще несколько пристроек, но уже с улицы. Потом попросила местную власть согласовать такое расширение жизненного пространства.

Но с чиновниками местной администрации по этому вопросу она не нашла взаимопонимания и вынуждена была обратиться в суд, чтобы узаконить такое жилье — «улучшенное и дополненное».

Районный суд выслушал стороны спора и пошел навстречу нашей героине. Он разрешил истице легализовать обновленную и солидно увеличенную квартиру. По мнению суда, расширенная за счет нескольких пристроек квартира отвечала инженерным и противопожарным требованиям, а соседи жительницы и председатель ТСЖ письменно не возражали против изменений. Тогда администрация города обжаловала такое решение. Безуспешно. В итоге администрация дошла до Верховного суда РФ, и он ее доводы услышал, посчитав правильными и вполне законными. Ну а Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ объяснила, что именно упустили из виду коллеги в нижестоящих инстанциях.

Вот главная мысль, которую высказали самые опытные судьи страны. Она звучит следующим образом. Самовольно построенный балкон или лоджию нельзя легализовывать по правилам, которые действуют при реконструкции и перепланировке жилья, подчеркнул Верховный суд.

А в качестве важного аргумента он напомнил, что еще в 2014 году Президиум Верховного суда в обзоре практики по делам о самострое объяснил коллегам из нижестоящих судов, как важно отличать самовольные постройки от менее радикальных преобразований.

Но это разъяснение, как оказалось, запомнили не все. До сих пор некоторые суды в стране продолжают допускать подобные ошибки, которые спустя месяцы, а то и годы приходится исправлять Верховному суду.

Так случилось и в деле жительницы Краснодара, которая решила узаконить изменения в своей квартире.

Хозяйка квартиры демонтировала часть перегородок и построила вместо них другие, перенесла радиаторы отопления и в дополнение сделала несколько пристроек — «подсобных помещений» к своей квартире.

Результат подобных преобразований оказался таков — собственнице удалось увеличить общую площадь жилья с 48,9 кв. м до 63,8 кв. м.

Краснодарская администрация не оценила это «строительное» достижение и отказалась признавать квартиру в измененном виде. Тогда хозяйка попросила суд своим решением заставить чиновников согласовать ей новое жилье. И это ей удалось.

Первым иск рассматривал Советский райсуд Краснодара. Он учел заключения местной фирмы и отдела надзорной деятельности Краснодара — их эксперты подтвердили, что реконструированное жилье безопасно для проживания и отвечает существующим инженерным и противопожарным требованиям.

Соседи собственницы, если судить по материалам дела, также не возражали против изменений. Во всяком случае, истица подтвердила это письмом председателя ТСЖ и протоколом общего собрания жильцов. Экспертизы и протокол собрания собственников квартир в доме убедили суд в законности перепланировки и пристроек.

Городская администрация осталась недовольна таким вердиктом и обжаловала решение районного суда в апелляцию. Но там ее снова не услышали. Краснодарский краевой суд подтвердил, что истица выполнила оба условия Жилищного кодекса РФ для того, чтобы сохранить квартиру в новом, перепланированном виде.

По мнению областного суда, хозяйка «улучшенной» квартиры не нарушила прав своих соседей и не создала угрозу их жизни и здоровью. А это, как обязательное условие, прописано в статье 29 Жилищного кодекса РФ.

Верховный суд РФ с подобными выводами своих краснодарских коллег не согласился. Он пересмотрел эти выводы местных судов, поправил краснодарских судей. Верховный суд заявил следующее.

По мнению Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда, местные суды перепутали два разных понятия — перепланировку и самовольную постройку. В нашем случае, собственница краснодарской квартиры не только улучшила свое жилье, но и изменила параметры всего дома, когда возвела к нему свои пристройки.

Суд подчеркнул — изменились ограждающие конструкции краснодарской многоэтажки.

Верховный суд РФ подчеркнул: пристройки возведены собственницей квартиры именно самовольно, потому что истица не получила разрешения на их строительство.

В этой ситуации местные суды неправомерно узаконили пристройки, причем сделали это по правилам легализации перепланировки. Признать самострой куда сложнее. Например, у его «автора» должно быть право возвести этот объект, он должен отвечать правилам землепользования и застройки и так далее.

Все эти разъяснения придется учесть Краснодарскому областному суду при новом рассмотрении дела, так как Верховный суд прежнее решение отменил.

В аналогичных ситуациях эксперты обязательно подчеркивают разницу между совсем не тождественными понятиями — перепланировкой, переустройством и реконструкцией. И это важный момент, который необходимо помнить.

Так перепланировка изменяет план квартиры без переноса коммуникаций, а переустройство — с переносом коммуникаций. Реконструкция же означает новые площади за пределами старого периметра дома.

По мнению экспертов, гражданам, которые планируют перепланировку, переустройство или реконструкцию собственного жилья, стоит предварительно согласовать перемены с административными органами. Сейчас этот важный этап часто пропускают, чтобы сэкономить время и деньги, но некачественные работы могут стать причиной аварий.

Что будет в случае нарушения? Если перепланировку квартиры ее собственник все-таки провел без разрешения, это грозит ему административным штрафом. Причем, оплата штрафа не избавит собственника от необходимости узаконить все сделанные изменения или вернуть квартиру в ее первоначальный вид. Если этого не сделать, такие штрафы будут выносить регулярно.

Но это еще не самое плохое. Администрация, выписав несколько штрафов, вправе обратиться в суд с иском о лишении гражданина права собственности, а его жилье местные власти законно могут выставить на торги.

Источник

Верховный суд разъяснил, как вернуть деньги за отложенную турпоездку

Очень полезное разъяснение сделал Верховный суд РФ, когда изучил один гражданский спор про несостоявшийся летний отдых. Причин, по которым гражданин не смог выехать на уже оплаченный отдых, немало. Но не все люди, оказавшиеся в подобных ситуациях, знают свои права. Именно поэтому история разбора совершенно конкретного случая сорванной туристической поездки может пригодиться многим гражданам.

Вот главная мысль, которую озвучил Верховный суд: если вы купили туристическую путевку, но не смогли поехать в назначенное время, это совсем не означает, что ваши деньги сгорели. Когда потраченную на отдых сумму можно вернуть обратно, разобралась коллегия по гражданским спорам Верховного суда.

А теперь — детали этого спора. В конце мая одна гражданка купила себе путевку к теплому морю через турагента — некое ООО. Оператором было другое ООО, принадлежащее крупной и известной туристической фирме. Наша героиня заключила договор с турагентством и внесла все деньги. То есть оплатила за путевку 53 800 рублей. Но так получилось, что за неделю до запланированного отпуска женщине на работе стало плохо и ее положили в больницу.

Гражданка поняла, что от поездки в забронированные даты ей придется отказаться, и попросила турагента перенести даты поездки с доплатой в 20 000 рублей. Но в компании на это не пошли. Турагент отправил гражданке письмо с отказом. В этом письме было сказано, что за перенос тура ей надо доплатить не 20 000, а 45 000 рублей. А еще добавил, что минимизировать расходы у туроператора без заявления об аннулировании тура невозможно.

Тогда женщина направила турагенту претензию с требованием расторгнуть договор и вернуть деньги. Но и в этом агент отказал. Компания сообщила, что ее фактически понесенные расходы перед туроператором составили 51 078 рублей. И, значит, эту сумму клиенту не вернут. Возможен только возврат агентского вознаграждения — 2722 рубля.

Вот тогда наша героиня не просто обиделась, а подала в суд на туроператора. Истица в своем заявлении потребовала вернуть потраченные деньги, а также выплатить ей компенсацию и штраф за нежелание добровольно идти ей навстречу. Но к этому моменту компанию-турагента ликвидировали, поэтому производство в ее отношении суд прекратил. Суд же посчитал более весомыми аргументы известной турфирмы, представитель которой уверял , что его клиент не нарушил права истицы по бронированию «турпродукта» или отмене, и исполнил все обязательства.

А еще представитель ответчика заявил, что оператор не получал заявлений об аннулировании тура, а заявление о расторжении договора истица направила уже в период турпоездки. Все эти аргументы ответчика и были указаны в отказном решении суда.

Проигравшая гражданка оспорила отказ. И была права — апелляция ее поддержала. Там исходили из того, что ее поездка не состоялась по независящим от нее обстоятельствам — из-за экстренной госпитализации. Факт подтвержден документами, и представитель ООО этого в суде не оспаривал. Суд обязал оператора выплатить женщине ту сумму, которую она потребовала. И обиженная туристическая фирма обжаловала отказ в Верховном суде РФ. Но Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда сочла вывод своих коллег в апелляции правильным.

Вот главные мысли, которые высказал Верховный суд по этому спору. Он заявил, что отношения между сторонами спора регулирует закон о защите прав потребителя. А еще Верховный суд подчеркнул, что основную ответственность перед туристом действительно несет туроператор.

Верховный суд напомнил законы — по статье 782 Гражданского кодекса и статье 32 Закона о защите прав потребителей турист вправе отказаться от исполнения договора о путевке в любое время при условии оплаты исполнителю — туроператору фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по этому договору. Доказать несение расходов должен продавец. При этом каждая из сторон может потребовать расторгнуть договор при существенном изменении обстоятельств (ч. 5-6 ст. 10 N 132-ФЗ). К «существенным изменениям обстоятельств» относится в том числе невозможность совершить поездку по независящим от человека обстоятельствам — болезнь туриста, отказ в выдаче визы и другие обстоятельства. Гражданка сообщила о наличии таких обстоятельств и подтвердила их документами. К тому же в ее договоре не был указан конкретный туроператор — хотя фактически деньги получила известная турфирма, заявил Верховный суд. И добавил, что туристку об этом не проинформировали.

При таких обстоятельствах возложить на оператора ответственность нельзя — в ситуации виноват агент, сказал Верховный суд РФ. Суд принял решение оставить без изменений определение апелляции, удовлетворяющее требования заявительницы.

Источник

Верховный суд предписал штрафовать чиновников за казенный подход к жалобам

Верховный суд России оставил в силе знаковое решение: руководителя наказали за банальную отписку в ответ на обращение гражданина. Заявление с криком о помощи чиновники, как часто у них бывает, просто поперекладывали с одного стола на другой. А потом человеку ответили, мол, проверку провели, факты не подтвердились. Именно такой подход называется казенным. Плохая новость для таких столоначальников: казенный подход теперь наказуем.

Защитить свое «право» давать людям отписки попыталась в Верховном суде страны некая гражданка З., заместитель руководителя Государственной инспекции труда в Брянской области. К ней поступила жалоба от сотрудницы одной из компаний на невыплаты зарплаты в организации. Столоначальница поручила одной из своих подчиненных «дать ответ» (дословная резолюция на жалобе).

То есть начальница переслала документ непосредственному исполнителю, кому предстояло разбираться. На данном этапе все было нормально, именно так и работает система. Надо сказать, что и сама руководительница получила документ сверху: ей поручило отработать документ вышестоящее начальство. Так что бумага как бы спускалась вниз по служебной лестнице: от высоких кабинетов к рабочим. И в какой-то момент оказалась на столе у того, кто не может передать ее ниже, а должен сам заняться делом.

А дальше начался тот самый казенный подход: бумага около месяца пролежала на столе у исполнителя. Затем тот ушел на больничный. Никаких действий за это время чиновник-исполнитель не предпринял.

Вахту от заболевшего чиновника принял другой исполнитель. Он и подписал официальный ответ на заявление: «По указанным в обращении вопросам ранее проводилась проверка, о результатах которой заявителю сообщено, оснований для проведения повторной проверки не имеется, а также о невозможности проведения проверки в части нарушения прав других работников по причине отсутствия от них соответствующих заявлений». Говоря простым языком, заявителя просто отфутболили, мол, не мешайте работать.

В былые времена пробить такой чиновничий бастион было бы невозможно. Ведь формально все было сделано по закону: бумага отработана, ответ дан вовремя. Какие могут быть вопросы?

Однако у прокуратуры сложилось иное мнение. Она досконально проверила, как бумага гуляла от стола к столу, что с ней делали, и сочла действия чиновников нарушением. При этом к ответственности был привлечен не стрелочник — исполнитель, подписавший ответ, — а вышестоящий руководитель, та самая гражданка З.

Формально чиновники ответили в срок, но на деле даже не стали разбираться в ситуации

«Отраженный в обращении довод о нарушении законодательства при выплате заработной платы в рамках рассмотрения обращения ошибочно не принят во внимание и не проверен, формулировка резолюции З. «дать ответ» означает, что проведение проверки доводов обращения не требуется, необходимо только дать ответ заявителю», говорится в решении Верховного суда.

За то, что руководительница не организовала работу подчиненных как положено, она оштрафована на 5 тысяч рублей. Верховный суд РФ оставил решение в силе. Эксперты называют дело знаковым: так как чиновник наказан не за формальное нарушение, например, ответ позже срока, а именно за халатность и равнодушие. Формальности соблюдены, но, по сути дана отписка, и это наказуемо. Именно на такие правовые позиции должны ориентироваться нижестоящие суды.

Как подчеркивает член Ассоциации юристов России Оксана Соболева, такие штрафы оплачиваются чиновниками из своего кармана. Но самое печальное для столоначальников в том, что при наличии таких штрафов у руководителя не только снимается премия. «Это первый признак к лишению должности», — говорит она.

Источник

ВС РФ разъяснил, как помешать должнику переписать имущество на близких

Важное толкование действующего законодательства сделал Верховный суд, когда изучал спор хитрого должника, который решил ничего не отдавать своему кредитору.

Схема, которую должник использовал, в последнее время встречается довольно часто. Именно поэтому разъяснение Верховного суда может оказаться полезным для тех, кто пострадал от недобросовестных граждан, не желающих возвращать долги.

Ситуация, о которой идет речь, достаточно банальна. Некий гражданин взял у знакомого в долг два миллиона рублей. Не вернул. Кредитор вынужден был пойти в суд и просить об аресте части недвижимости заемщика. В ответ супруга должника, чтобы не отдавать дом и участок за долг мужа, решила разделить их в суде. Сама отправилась с иском в суд и попросила «отрезать» ей ее законную часть. Но получила в итоге все. Суд закончился мировым соглашением между мужем и женой, по которому общее имущество супругов полностью перешло к жене. А техника перешла к дочери. Отец семейства оставался вообще ни с чем. Кредитора это возмутило, и он отправился обжаловать такое решение.

Но местные суды его не услышали. И только дойдя до Верховного суда, он смог вздохнуть спокойно. Высший суд объяснил, почему нижестоящие инстанции оказались не правы в этом споре.

Но сначала уточним, почему вообще стала возможной подобная ситуация. Все, что приобрели супруги за годы совместной жизни, по умолчанию является их общим имуществом. Чтобы его разделить, не обязательно разводиться. Все можно совершить и в браке. Об этом сказано в статье 38 Семейного кодекса. И этим пользуются недобросовестные должники, пытаясь спрятать имущество от взыскания за долги.

Юристы заметили, что все чаще стала складываться ситуация, когда супруги пытаются обмануть кредиторов с помощью нотариальных соглашений или судебных исков о разделе имущества, и нередко один из супругов передает дом, квартиру или машину другому, чтобы они не ушли из семьи на покрытие кредита.

В последние годы такая тревожная тенденция получила достаточно широкое распространение. Появились как целые фирмы, так и отдельные граждане, которые словом и делом помогают подобным должникам уходить от кредиторов.

Начинаются такие ситуации почти одинаково: кредиторы, как правило, неожиданно узнают, что их должник совершенно нищий человек — у него нет ровным счетом ничего. А все, что нажито за долгие годы, тихо стало собственностью его близких. Причем не обязательно родных людей. Зачастую движимое и недвижимое имущество оказывается в нужный момент во владении юридически совсем посторонних для должника людей. И если в ситуации, когда расследуется уголовное преступление, правоохранители научились находить такое спрятанное у других граждан добро, а суды стали возвращать дома, машины, квартиры «по принадлежности», то в гражданском судопроизводстве подобные действия еще большая редкость.

Именно поэтому разъяснение Верховного суда РФ, на какие нормы опираться в аналогичных ситуациях, может оказаться полезным многим гражданам, попавшим в похожую ситуацию.

В нашей истории главным вопросом оказался следующий: можно ли было местным судам утверждать мировое соглашение супругов о разделе совместного имущества, по которому вообще все нажитое достается жене и дочери, в то время как у супруга остаются лишь долги?

А теперь рассмотрим ситуацию по деталям.

Итак, наш герой не возвратил долг в два миллиона рублей своему знакомому. Тот после долгих и бесполезных просьб и уговоров обратился в суд, и приставы наложили арест на дом и участок должника. Прошло немного времени, и супруга должника сама отправилась в суд, где подала иск о разделе нажитого имущества.

Гражданка потребовала снять арест, а главное — закрепить за ней право собственности на половину нажитого семейного добра. Ну а владелицей мебели и техники женщина попросила суд признать их дочь. В рассмотрении дела в суде принимал участие пристав, который возражал против удовлетворения иска, ведь там речь шла о единственном имуществе, за счет которого можно было погасить долги.

Но местные суды к приставу не прислушались. Дело закончилось мировым соглашением сторон, по которому треть участка, а также дома и домашней обстановки получила в собственность дочь, а остальную часть — ее мать. Арест с имущества был снят.

Кредитор возмутился таким вердиктом и обжаловал эти решения в Верховном суде РФ. Там затребовали и изучили дело. После чего отменили решения нижестоящих инстанций.

По мнению Верховного суда, коллеги должны были проверить, не нарушает ли мировое соглашение права кредитора, и узнать, есть ли у должника другое имущество, которое можно продать в счет долгов. Вместо этого местные суды признали законным мировое соглашение, по которому все имущество должника перешло его жене и дочери. Спор Верховный суд велел рассмотреть по новой.

Эксперты рекомендуют людям, столкнувшимся с подобной ситуацией, обратить внимание в первую очередь на обстоятельства, которые говорят о недобросовестности должника. В нашем случае супруги знали об аресте и долге. А жена поставила вопрос о разделе после того, как был наложен арест.

По общему правилу доли супругов равны. Такой неравноценный раздел имущества, как в нашем случае, явно указывает на недобросовестность. Кредиторам непросто бороться с такой схемой. Их обычно не привлекают к участию в суде, и они узнают о таком разделе уже поздно. Эксперты говорят, что сам по себе арест имущества в исполнительном производстве — еще не гарантия, что долг перед кредитором будет погашен. Надо принимать другие меры. Например, подавать иск о выделении доли должника из супружеского имущества. Причем взыскателям следует быть активными, потому что порой сложно отследить, есть ли у сторон кредиторы, чьи права может нарушать мировое соглашение.

Выход у кредиторов только один — они, как заинтересованные лица, должны контролировать финансовое положение своих должников и проверять, в каких судебных процессах они участвуют.

В практике юристов встречаются разные виды подобных обманов. Случается, что должник пытается разделить свой долг со вторым супругом, чтобы уменьшить собственную задолженность и затруднить кредитору взыскание. Второму добросовестному супругу надо доказывать, что долг не является совместным, ведь деньги взяли без его согласия или не в интересах семьи. Если долг личный, то продавать общее имущество не будут.

Еще одно злоупотребление связано с правилом, по которому один супруг распоряжается общим имуществом с согласия второго супруга. Например, муж может заключить договор займа, залога, поручительства. А через некоторое время жена просит суд признать сделку недействительной, потому что якобы не знала о ней и не давала своего согласия. Хотя на самом деле все знала. Верховный суд и здесь объясняет, что судам необходимо более тщательно проверять такие действия супругов.

Источник

Списали по ошибке: как тезке должника получить компенсацию

Приставы списали долг не с должника, а с его полной тезки. Женщина, которая расплатилась по чужой задолженности, решила взыскать с ФССП компенсацию морального вреда и расходы, которые она понесла, чтобы доказать ошибку. Три инстанции ей отказали: они решили, что виноват не пристав, а банк, который перепутал счета. Но Верховный суд решил, что сотрудник ФССП должен отвечать за неправильное списание. Эксперты полагают, что благодаря позиции ВС получить компенсацию станет легче.

Елены Воронины* – две полные тезки. У них одинаковые отчества и даты рождения. Различие в том, что одна живет в Московской области, а другая – в Ленинградской. Елена Воронина из Москвы не оплачивала счета за электричество. Когда долг составил порядка 7 300 руб., «Мосэнергосбыт» обратился в суд и в сентябре 2016-го получил судебный приказ о взыскании долга. В августе 2017-го судебный пристав-исполнитель Серпуховского районного отдела по Московской области возбудил исполнительное производство. А после запросил данные по счетам должницы. Оказалось, что на имя Елены Ворониной открыт счет в банке «ВТБ 24». Но он принадлежит не москвичке, а ее тезке из Ленинградской области. На это в отделе ФССП не обратили внимания и списали с карты 14 500 руб. вместо 7 300 руб. Поняв, что денег сняли слишком много, пристав вернул 7 200 руб. на счет Елены Ворониной, который был открыт в «Сбербанке». На этот раз он действительно принадлежал должнице. То есть вместо того, чтобы снять с нее долг, приставы еще и перечислили ей «лишние» средства.

Приставы не виноваты

После этого Воронина, которая расплатилась по чужому долгу, несколько раз обращалась с жалобами к приставам, просила вернуть деньги. Последний раз, в ноябре 2017-го, направила претензию на имя начальника Серпуховского РОСП УФССП по Московской области. Она объяснила, что с неплательщицей они тезки, поэтому с нее списали чужой долг. Более того, приставы ошиблись дважды: сумма, которую сняли с однофамилицы, оказалась больше задолженности. А разницу вернули на карту не ей, а должнице. Не получив ответа на письмо, Воронина обратилась с иском к Федеральной службе судебных приставов России. Женщина просила признать действия пристава незаконными, взыскать в ее пользу 14 500 руб., а еще расходы на оказание юруслуг (11 500 руб.), компенсацию морального вреда (20 000 руб.) и госпошлину (300 руб.). Она указала, что сотрудник УФССП допустил халатность, не изучив внимательно персональные данные настоящего должника.

После этого снятые по ошибке деньги ей вернули назад, а Воронина уточнила свои требования: она просила возместить 20 000 руб. в качестве морального вреда и еще 20 000 руб., которые она потратила на оплату юридической помощи, отправку писем с претензиями, получение сведений  из ЕГРН и изготовление копий документов.

Но первая инстанция отказала ей в иске. Судья Мещанского районного суда Ирина Баконина решила, что списанные со счета деньги нельзя взыскать с ФССП, потому что вины самих приставов в этом нет. Апелляция объяснила, что сотрудник ведомства направил в банк правильные персональные данные (в том числе и место жительства), а уже в кредитной организации что-то напутали и прислали счет не того человека. Поэтому Мосгорсуд оставил решение без изменения, позицию поддержала и кассация. Тогда Воронина пожаловалась в Верховный суд.

ВС: пристав должен перепроверить сведения

Дело № 5-КГ21-45-К2 рассмотрела «тройка» судей под председательством Александра Киселева. Коллегия напомнила, что по делам о возмещении вреда с ФССП судам нужно установить сам факт причинения вреда, вину пристава и связь между ущербом и действиями пристава. Это следует из позиции, высказанной еще в 2015 году в постановлении Пленума № 50. При этом истцу нужно отказать, если ответчик доказал отсутствие вины: что пристав сделал все, чтобы исключить взыскание с третьих лиц.

ВС указал, что само по себе совпадение данных должника с третьим лицом не освобождает судебного пристава от обязанности списать деньги именно со счета должника, а не его тезки.

«Тройка» отметила, что между Федеральной службой судебных приставов и банком «ВТБ» заключено соглашение о порядке электронного документооборота. Оно предусматривает, что должников в системе банка ищут по фамилии, имени, отчеству и дате рождения. Причем поиск автоматизированный. Если по таким критериям нашли несколько человек, то банк ищет должника еще и по документу, удостоверяющему личность.

Когда в запросе от пристава таких данных нет, то кредитная организация должна уточнить их у ФССП. В случае Ворониной в «ВТБ» искали должника по тем сведениям, который предоставил пристав (ФИО и дата рождения). Так как они совпали с одним клиентом, то автоматизированный поиск по другим реквизитам не производили. Поэтому ссылка судов на отсутствие вины пристава является несостоятельной, решил ВС.

Более того, в случае ошибочного списания с однофамильца должника именно пристав должен восстановить нарушенные им права третьих лиц. Но деньги истцу не возвращали, несмотря на неоднократные обращения Ворониной. ВС указал, что суды не установили, по какой причине излишне списанные деньги со истца в банке «ВТБ» пристав перечислил на другой счет в другом банке (то есть на карту самого должника). В итоге ВС отменил акты трех инстанций, а дело вернул в Мосгорсуд. Повторно спор пока не рассмотрели.

Эксперты: взыскать компенсацию станет легче

Еще в 2017 году ФССП признала трудности с разрешением данной проблемы, считает Алина Нуртдинова, консультант ЮК Лемчик, Крупский и Партнеры . В своем письме от 25 августа 2017 года № 00011/17/82639-ОП «О вопросах взаимодействия с банками и иными кредитными организациями» служба указала, что случаи жалоб на списание задолженности с однофамильцев участились. В документе сказано, что в таких ситуациях нужно как можно быстрее возвращать деньги, которые сняли по ошибке.

Но на практике с этим продолжили возникать проблемы. Андрей Колбун, юрист ЮК Лемчик, Крупский и Партнеры , говорит, что доказать вину пристава получалось только в том случае, если он предоставил в банк некорректные данные о должнике. То есть если ошибка была именно в действиях судебного пристава (например, дела № 33-3083/2021 и № 02а-0277/2020). Так и в случае Ворониной три инстанции решили, что пристав не виноват, ведь данные в запросе были правильные.

По мнению Ольги Рогачевой, адвоката АК Бородин и Партнеры , нижестоящие инстанции не учли, что пристав обязан проверить поступившую информацию от банка. Это следует из ст. 12 ФЗ «О судебных приставах» («Обязанности и права судебных приставов-исполнителей»). Согласно норме, пристав может получать всю необходимую информацию, в том числе персональные данные, объяснения и справки. А соглашением между ФССП и банком ПАО Банк «ВТБ» подтверждается, что он не ограничен в способах установления личности должника и его идентифицирующих данных.

«Поэтому логично, что в случае выявления ошибочного списания денежных средств именно на приставе-исполнителе лежит обязанность по восстановлению нарушенных им прав третьих лиц» — Ольга Рогачева, адвокат АК Бородин и Партнеры

Нуртдинова полагает, что благодаря решению ВС противоречивая судебная практика по вопросу неправомерного списания денег у незащищенных клиентов банка приставами наконец-то обретет правильный вектор.

«Благодаря позиции ВС шансы на восстановление нарушенных прав однофамильцев должников через привлечение к ответственности именно судебных приставов увеличиваются» — Алина Нуртдинова, консультант ЮК Лемчик, Крупский и Партнеры

* — имена и фамилии изменены редакцией

Источник

Работодатель оплатил учебу: когда деньги нужно вернуть

Поступить в хороший ВУЗ на бюджет иногда сложно из-за высокого конкурса. Проще сделать это по целевому направлению или ученическому договору, потому что за студента заплатит будущий или настоящий работодатель. Но после окончания ВУЗа учебу придется «отработать». А что если выпускник «завалил» экзамены или у работодателя не нашлось для него подходящей вакансии? Право.ru сделало подборку дел, когда суды взыскивают деньги, потраченные на учебу неудавшегося специалиста или, наоборот, встают на сторону студентов.

1. Уважительные причины

В 2013 году Дарья Писаревская* поступила в интернатуру Саратовского государственного медицинского университета по целевому направлению. По соглашению региональное министерство здравоохранения  во время ее обучения обязалось ежемесячно выплачивать по 3 000 руб. и предоставить единоразовую поддержку (100 000 руб.). За это интерн обещала отработать в хирургическом отделении Петровской районной больницы пять лет. После обучения, в конце 2014 года, Писаревская устроилась в эту больницу хирургом.

Но нужный срок она не отработала: в начале 2017-го уволилась по собственному желанию. Это специалист объяснила тем, что ее ребенку поставили инвалидность, а так как она воспитывает его одна, не может совмещать уход и работу. Но областной минздрав решил, что Писаревская все равно должна вернуть 136 000 руб. (100 000 руб. единоразовой выплаты и 36 000 стипендий). Первая инстанция указала, что хирург должна была отработать пять лет, но не отработала и трех. Поэтому суд взыскал 136 000 руб., такого же мнения оказалась и апелляция.

Но Верховный суд обратил внимание на то, по каким причинам девушка уволилась раньше времени. Ведь если она расторгла трудовой договор по уважительным причинам, не зависящим от нее, то возвращать деньги не должна. Это нижестоящие инстанции не исследовали, поэтому ВС вернул спор в первую инстанцию (дело № 32-КГ19-14). В итоге Петровский городской суд Саратовской области признал инвалидность сына Писаревской уважительной причиной для увольнения. Поэтому в иске министерства суд отказал.

А по делу № 88-2126/2020 уважительной причиной увольнения «целевика» признали необходимость ухаживать за тяжелобольной матерью.

Роструд в своем письме от 18 октября 2013 года № 852-6-1 рекомендовал работодателям в соглашении об обучении прописывать причины, которые можно отнести к уважительным. Если в договоре их нет, то уважительность причин будет оценивать суд.

2. Проблемы со здоровьем

Андрей Гонышев* заключил с филиалом Трамвайного управления ГУП «Мосгортранс» ученический договор. Работодатель должен был оплатить его учебу на водителя трамвая (сумма обучения из акта вымарана), а Гонышев обещал проработать два года по полученной специальности в Трамвайном управлении. Ученик окончил курсы, получил права категории «Tb» (трамвай) и устроился на работу. Но потом врачи обнаружили у него заболевание, которое требовало перевода на легкий труд: без физической нагрузки и длительного пребывания в одной позе.

Поскольку Гонышев уже не мог работать водителем по состоянию здоровья, он попросил уволить его из Трамвайного управления. Так как в общей сложности водитель не проработал два года (даты из решения вымараны), управление решило взыскать с сотрудника деньги, потраченные на обучение. Первая инстанция иск удовлетворила, но ее поправил Мосгорсуд. Он решил, что именно заболевание помешало дальше работать водителем трамвая. А в этом случае он освобождается от исполнения обязательств по ученическому договору (дело № 33-1601/2020).

3. Вакансий нет

В 2014 году Альбина Губасова* заключила с  ОАО «Российские железные дороги» договор о целевом обучении. Как в нем было написано, «РЖД» оплачивает ее обучение в Петербургском государственном университете путей сообщения по специальности «Эксплуатация железных дорог», а потом выпускница 5 лет работает в структурном подразделении компании.

После окончания вуза, по словам «РЖД», сотрудник отдела кадров связалась с выпускницей и предложила ей вакансию дежурного по вокзалу (это помощник начальника железнодорожной станции). Так как Губасова отказалась, общество обратилось в суд, чтобы взыскать с нее деньги, потраченные на обучение (142 000 руб.), стипендии (85 500 руб.), штраф (455 000 руб.) и расходы по оплате госпошлины (10 000 руб.). Первая инстанция согласилась, что Губасова свои обязательства по договору не выполнила, и взыскала с нее в общей сложности 437 500 руб. Без изменения решения оставила и апелляция.

Выпускница с этим не согласилась. Она уверяла, что после окончания университета ей должным образом не предложили вакансию. Устные же переговоры ни к чему не привели, ей не направили проект трудового договора (дело № 88-3873/2021). Третий кассационный СОЮ указал, что судам следовало проверить, надлежаще ли уведомили «целевика» о вакансии. В материалах дела таких документов нет. А если выпускнице сообщили о ставке, то могла ли ее занять Губанова: соответствует ли должность ее образованию? Кассация вернула спор в апелляцию, при повторном рассмотрении суд снял дело с рассмотрения (причина в карточке дела не указана).

Семён Гараян, старший юрист БАБюро адвокатов «Де-юре» поделился, что в практике бюро было несколько подобных судебных споров.

«Мы выиграли их, потому что доказали: отсутствие у работодателя предложений о вакансии — это самостоятельное основание для отказа в удовлетворении требований о взыскании расходов на обучение» — Семён Гараян, старший юрист БА Бюро адвокатов «Де-юре»

Гараян подчеркнул, что если работодатель предлагает иные условия труда, вместо тех, что были прописаны в договоре, то студент тоже может не согласиться на ставку. Возмещать деньги он не должен.

Правда, если выпускникам предлагают «декретные» ставки, отказ неправомерен, если в договоре нет обязательства предоставить работу на неопределенный срок, следует из акта Пермского краевого суда по делу № 33-12270/2017.

Александр Пчелин, консультант практики «Разрешение споров» ЮК Лемчик, Крупский и Партнеры , советует студентам письменно запрашивать, если ли у работодателя подходящая для него свободная ставка. Письменное уведомление можно использовать как доказательство в суде.

4. Предъявили неправильное требование

В 2009 году Юлия Давыдова* поступила в Майкопский государственный технологический университет по целевому направлению от министерства здравоохранения Адыгеи. По условиям договора, после обучения она должна была 5 лет отработать в учреждениях здравоохранения республики, а в случае отказа вернуть министерству потраченные на ее учебу деньги (почти 530 000 руб.). В 2015 году Давыдова окончила университет, а на следующий год устроилась акушером-гинекологом в одну из городских больниц, только не Адыгеи, а Ямало-Ненецкого автономного округа. В 2017-м министерство направило Давыдовой претензию о том, что она должна «отработать» именно в своем регионе. Давыдова не признала требования, и министерство обратилось в суд в пределах трехлетнего срока исковой давности.

Ведомство настаивало, что студентка должна вернуть почти 530 000 руб., затраченных на ее обучение, так как условия контракта она не выполнила. Истец сослался на ст. 310 ГК («Недопустимость одностороннего отказа от исполнения обязательства»): сторона договора не может в одностороннем порядке отказаться от исполнения обязательства.  С этим согласилась первая инстанция и удовлетворила иск министерства. Решение осталось в силе в вышестоящих инстанциях.

Затем Давыдова пожаловалась в ВС (дело № 70-КГ19-3). Коллегия сочла, что суды неправильно поняли природу договора о целевом направлении: к нему нужно было применять нормы трудового законодательства, а не ГК. В итоге решения судов ВС отменил, а спор вернули в первую инстанцию. Рассматривая дело повторно, городской суд указал, что в соответствии со ст. 392 ТК («Сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора») у работодателя есть год для того, чтобы взыскать с сотрудника ущерб. А министерство направило иск только спустя два года (ведомство считало, что срок исковой давности составляет 3 года). В итоге суд оставил иск министерства без удовлетворения.

Эту позицию ВС подтвердил и по делу № 16-КГ21-11-К4, которое рассмотрел в июне 2021 года. С Дарьи Тимченко*, которая не отработала целевое направление в медицинский вуз, три инстанции взыскали не только стоимость ее обучения (391 000 руб.), но и проценты за пользование чужими деньгами (2 500 руб.). Суды пришли к выводу, что между Тимошенко и администрацией возникли гражданско-правовые отношения. Иного мнения был ВС. Коллегия указала, что к спорным отношениям нельзя применять нормы ГК, в том числе нельзя взыскивать со студента проценты за пользование чужими деньгами. Акты нижестоящих инстанций она отменила, а дело вернула в первую инстанцию. Повторно его еще не рассмотрели.

Ольга Рогачева, адвокат АКБородин и Партнеры , говорит, что к отношениям по целевому обучению суды обычно применяют трудовое законодательство. Так, по делу № 88-1597/2021 Шестой кассационный СОЮ решил, что так как контракт заключен с целью дальнейшего трудоустройства после обучения студента, то такой договор по смыслу ч. 1 ст. 198 ТК («Ученический договор») является ученическим.

5. Плохо учился

Работодатель может взыскать расходы на обучение, если ученик не окончил его или не сдал экзамены. Так произошло по делу № 88-5591/2021. В январе 2019 года сотрудник вагонного эксплуатационного депо в Нижнем Тагиле Иван Учаев* заключил с ОАО «РЖД» ученический договор. Он должен был получить новую специальность в подразделении Свердловского учебного центра профессиональных квалификаций, а общество обязалось оплатить его учебу. Программа была рассчитана на полгода. Учаев плохо учился, не сдал один из экзаменов, поэтому его отчислили. После этого он попросил уволить его с работы по собственному желанию. В депо его заявление подписали, но подсчитали, сколько потратили на его обучение. Всего получилось 133 000 руб.: около 43 000 стоила сама переподготовка, 87 000 руб. ему заплатили в качестве стипендии. 41 000 руб. удержали с зарплаты Учаева при увольнении. Оставшуюся часть (92 000 руб.) «РЖД» решила взыскать через суд.

Первая инстанция решила, что бывший сотрудник должен возместить средства, потраченные на его учебу. Возвращать деньги, которые ему выплатили в качестве стипендии, не нужно, потому что выплата не превышала его дохода в месяц. Так работодатель сохранял среднюю зарплату по основному месту работы. В итоге суд взыскал в пользу «РЖД» около 6 000 руб. (потому что остальную часть за обучение уже взыскали с зарплаты Учаева).

6. Студент пропал без причин

Если же студент после обучения пропал и не «отработал» целевое направление без уважительных причин, то деньги за учебу придется вернуть. Так, в 2014-м  Анна Попова* поступила на юрфак МГУ по целевому направлению от Следственного комитета России. В соглашении было указано, что после окончания университета она обязана явиться в ведомство и заключить с ним трудовой договор на 5 лет (отработать либо в самом СКР, либо в территориальных органах). В 2018-м Попова окончила университет, 4 года ее учебы обошлись федеральному бюджету в 1,1 млн руб. В Следственный комитет после получения диплома студентка так и не пришла, поэтому ведомство обратилось в суд, чтобы компенсировать затраты на ее образование. Первая инстанция решила, что выпускница не приступила к работе без каких-либо уважительных причин, поэтому удовлетворил иск СКР. Без изменения это решение оставила и апелляция (дело № 33-3264/2020).

* имена и фамилии изменены редакцией

Источник

Подержанное авто с дефектами: возвращаем его продавцу

В пандемию продажи авто с пробегом выросли в России на 7%, подсчитали эксперты Авито Авто. Правда, такие сделки требуют особого внимания и от продавцов, и от покупателей. Одни могут приобрести бракованную машину, за которую потом будет сложно вернуть потраченные деньги, а другим придется возмещать автовладельцам не только стоимость товара, но и приличные неустойки. По закону вернуть получится лишь транспорт с существенными недостатками. Будет проще, если брак удалось выявить в первые 15 дней после покупки. Дальше – вся надежда на автотехническую экспертизу.

Общие правила

Сделки по продаже подержанных машин регулируются общими нормами гражданского законодательства. Расторгнуть такое соглашение покупатель может, если авто оказалось с дефектами, а именно: обнаружился неустранимый брак либо недостатки, которые нельзя исправить без несоразмерных трат (ч. 2 ст. 475 ГК). Аналогичные условия прописаны и в п. 1 ст. 18 Закона «О защите прав потребителей». Его положения применяются в подобных ситуациях, так как машина считается технически сложным товаром (Постановление Правительства от 10 ноября 2011 года № 924).

В перечисленных случаях новый собственник вправе потребовать обратно деньги, которые он заплатил при покупке, объясняет Артур Великжанин из АБ Казаков и партнеры . Правда, недовольному автовладельцу придется подтвердить, что технические проблемы возникли еще до заключения сделки, а продавец о них не предупреждал, подчеркивает вице-президент СКА Legal life Данила Олешко. Так, бремя доказывания распределяется, если машину продавало физлицо.

«Продавцы часто считают, что если передан автомобиль, который можно каким-либо образом эксплуатировать, то недостатки, выявленные покупателем, не являются существенными и возникли уже после передачи автомобиля покупателю» — Семен Кирьяк, управляющий партнер ЮФ «Кирьяк и партнеры»

Когда и как можно вернуть некачественную машину

Первый вариант – уложиться в 15 дней после того, как ее передал продавец. Если в этот период обнаружились хоть какие-то дефекты, то покупателю должны вернуть все деньги, уплаченные за товар (п. 38 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. № 17).

Спасти может и длительный гарантийный срок, которым успеет воспользоваться не только первый владелец машины, но и последующие. Те тоже имеют на это право, разъяснил Пленум ВС в п. 3 того же постановления № 17. Правда, выявленный у машины брак в этом случае должен быть существенным. Суды относят к ним самые разные дефекты: от коррозии и вздутия лакокрасочного покрытия (дело № 88-13511/2020) до необходимости капитального ремонта двигателя стоимостью в 46% от цены авто (дело № 88-1585/2020).

Что покупатель вправе взыскать с продавца:

1) Полную стоимость автомобиля на день его приобретения.

2) Разницу от цены авто на день его приобретения и его стоимостью на момент обращения в суд.

3) Неустойку за отказ добровольно вернуть деньги.

4) Штраф в 50 % от суммы, присужденной судом покупателю.

5) Компенсацию морального вреда

6) Деньги и проценты по автокредиту.

Источник: «О защите прав потребителей»

Если подержанная машина приобреталась в автосалоне, то именно эта фирма должна доказать, что недостатки возникли уже после продажи авто. В таких спорах ключевое значение имеет автотехническая экспертиза, поясняет управляющий партнер ЮФ «Кирьяк и партнеры» Семен Кирьяк. Когда исследование подтверждает, что недостаток нельзя устранить или это несоразмерно дорого, то суд встает на сторону покупателя.

Обратный исход будет, если специалисты придут к выводу, что брак можно исправить, или он возник по вине покупателя. Так, в деле № 33-2443/2020. автовладелец приобрел Ауди А6 1999 года выпуска за 230 000 руб. Уже в день покупки выявилась поломка коробки передач, но продавец возвращать деньги за машину отказался. Судебная экспертиза установила, что проблема возникла из-за критического износа одной из деталей, а ремонт обойдется в 166 700 руб., то есть составляет практически всю стоимость авто. Тогда суд расторг договор и взыскал деньги, уплаченные по договору, с продавца.

При этом довольно часто подобные иски покупателей отклоняют, если те не привезли продавцу авто на экспертизу еще до суда, чтобы тот мог определить характер недостатков, отмечает Айнур Ялилов, управляющий партнёр ЮФ «Ялилов и партнеры» (ранее — ЮФ Шаймарданов, Ялилов и Сабитов ), которая представляет интересы «Фольксваген груп рус».

Другие поводы судиться с продавцом

К ним относятся случаи, когда продавец ввел в заблуждение покупателя о качестве товара, говорит Анастасия Степанова, юрист практики разрешения споров ЮФ Инфралекс . Подобная ситуация является основанием, чтобы расторгнуть договор купли-продажи авто и вернуть уплаченную за него цену, решил ВС в деле № 5-КГ19-133. К таким же случаям относится и невозможность использовать авто по назначению из-за перебитых идентификационных номеров, добавляет Степанова, ссылаясь на дело № 88-30857/2020.

В аналогичную историю попал один из доверителей Олешко. Им в суде удалось доказать, что покупательница до сделки не могла знать о «перебитых номерах», потому ее иск удовлетворили (дело № 2-21/2019 (2-971/2018;)).

Правда, бывают ситуации, когда сами покупатели злоупотребляют своими правами, замечает юрист АБ S&K Вертикаль Серафима Гайдук. Именно к такому выводу пришел Ленинградский областной суд в деле № 33-54/2019, отказав заявителю. Там автовладелец требовал от продавца сразу и незамедлительного безвозмездного устранения недостатков товара, и возмещения расходов на их исправление.

Советы продавцам и покупателям

Продавцу следует в договоре купли-продажи и акте передачи авто указать все его недостатки, рекомендует Степанова. А покупателям, по ее мнению, нужно проводить подробный техосмотр машины. Кирьяк добавляет, что проверить авто стоит с помощью всех возможных открытых источников: «Можно найти старые объявления о продаже, объявления о продаже на аукционах битых автомобилей, сведения о ДТП, расчёты ремонта».

Олешко подчеркивает, что намного безопаснее сейчас приобретать машины в автосалонах, которые занимаются в том числе и продажей авто с пробегом. В случае возникновения судебного спора, с салона, как правило, есть что взять – он платежеспособен, отмечает важное преимущество такого продавца эксперт.

Источник

Верховный суд разбирался, должна ли бывшая жена вернуть деньги мужу

Мужчина положил на счет экс-супруге сначала 2,4 млн руб., а позже – еще 1,3 млн руб. Через три года он решил взыскать эти 3,7 млн руб. как неосновательное обогащение. Три инстанции удовлетворили иск. Но делом заинтересовался ВС. На заседании судьи попытались выяснить, в счет какого обязательства вносились деньги и было ли оно вообще.

Андрей Лаврентьев* и Карина Перова* поженились в апреле 2015 года, а уже в феврале 2016-го они развелись. К тому моменту у них была общая дочь. Бывшие супруги прожили вместе еще около девяти месяцев (согласно версии Перовой). А 19 мая 2016 года она купила в ипотеку квартиру в строящемся доме. В тот же день Лаврентьев через кассу банка ВТБ 24 положил на ее счет 2,4 млн руб., а в августе – еще 1,3 млн руб.

Через три года экс-супруг решил взыскать эти деньги с процентами как неосновательное обогащение. В суде Перова настаивала, что 2,4 млн руб. – это ее деньги, которые она попросила Лаврентьева положить на счет, потому что не успевала сама. А 1,3 млн руб. были подарком бывшего мужа их дочери. Внесенные деньги, по словам женщины, пошли на погашение ипотеки. Тем не менее Советский райсуд Волгограда встал на сторону истца, посчитав, что ответчица не доказала ни права собственности, ни то, что деньги были получены в дар. Две вышестоящих инстанции с ним согласились. Тогда Перова обратилась с жалобой в Верховный суд.

Было ли обязательство?

Первой на заседании в Верховный суд выступила Перова. «В 2016 году мы с истцом проживали совместно одной семьей», – начала она и повторила свою версию событий: 2,4 млн руб. были ее накоплениями, а 1,3 млн руб. – подарком бывшего супруга. По словам Перовой, это же отражено в ее декларациях. Она также обратила внимание, что в течение трех лет Лаврентьев ни разу не просил вернуть деньги. «Иск подан фактически за несколько дней до окончания срока исковой давности», – подчеркнула женщина.

Представитель Лаврентьева адвокат Евгений Кушнерук с ней не согласился: «Не три года, а два. И иск был подан вовсе не в последние дни исковой давности». Он также отметил, что довод Перовой о совместном проживании не нашел подтверждения в суде.

– Как вы полагаете, в чем причина подачи иска? – спросил у Перовой председательствующий судья Сергей Асташов.

– Сейчас у нас с бывшим супругом крайне конфликтные отношения. С ребенком он не общается. Когда был подан иск, у меня завязались  отношения с другим мужчиной. Лаврентьев об этом узнал. Не знаю, было ли это причиной или просто совпадением, – рассказала женщина.

После этого слово взял ее представитель Максим Осипкин. Он обратил внимание судей, что невозможно просто прийти в банк и внести деньги на расчетный счет чужого человека. «Чтобы совершить эту операцию, нужно знать о таком счете, его реквизитах, а также иметь намерение внести деньги», – пояснил Осипкин. По его словам, у истца вся эта информация была, и получил он ее от Перовой, с которой тогда проживал.

«Мы полагаем, что в данном случае нужно использовать п. 4 ст. 1109 ГК, потому что никакого обязательства не было [прим. ред. – согласно п. 4 ст. 1109 ГК не подлежат возврату деньги и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства]», – завершил свое выступление юрист.

«Обязательство в данном случае есть, – возразил Кушнерук. – Мы считаем, что был заем, наши оппоненты – что дарение. Причем в первой инстанции они говорили о дарении, а в апелляции – о том, что уже частично вернули деньги».

– Если вы утверждаете, что был заем, почему тогда вы ссылаетесь не на него, а на неосновательное обогащение? – поинтересовался Асташов.

– Договор займа не оформлялся, поэтому мы были вынуждены опираться на нормы о неосновательном обогащении, – пояснил адвокат.

Судья продолжил задавать вопросы о квалификации отношений.

– Нет доказательств, что имело место дарение или заем. Тогда остается неосновательное обогащение. Доверитель вносил деньги в счет какого-то обязательства или нет? – задал еще один вопрос председательствующий.

– В счет заемного обязательства.

– Вы можете это доказать?

– Это доказывает то обстоятельство, что часть денег – 1,145 млн руб. – были возвращены. На это в апелляции ссылались и сами оппоненты, – подчеркнул Кушнерук.

Судьи ненадолго удалились в совещательную комнату, а по возвращении определили: отменить акты нижестоящих инстанций, направить дело на новое рассмотрение в апелляцию (№ 16-КГ21-10-К4).

* Имя и фамилия изменены редакцией.

Источник

Справка вместо диплома юриста: как вернуть деньги за обучение

Молодой человек учился на юриста в частном вузе. А когда сдал последние экзамены, институт почему-то не выдал диплом. Выпускник требовал или документ, или потраченные на учебу деньги. Но вуз тянул время, а через три года и вовсе выяснилось, что у него не было аккредитации. Три инстанции присудили студенту только те расходы на учебу, которые тот смог подтвердить квитанциями, а моральный вред оценили всего в 10 000 рублей. Верховный суд раскритиковал размер компенсации и напомнил, что чеки – это не единственное доказательство.

Сколько стоит отсутствие диплома

В сентябре 2012-го Максим Дедов* начал изучать юриспруденцию в  «Юридическом институте» – частном образовательном учреждении. Летом 2016 года он сдал последние экзамены, но диплом ему не выдали. Ведь еще в январе у института закончилась госаккредитация. Новое свидетельство получить не удалось, потому что программы учреждения не соответствовали федеральным стандартам.

По закону об образовании лишившийся аккредитации вуз должен перевести своих студентов в другую образовательную организацию. Но «Юридический институт» не попытался помочь с этим, а просто не сказал, что остался без аккредитации. Но и диплом без аккредитации он выдать не мог.

Дедов несколько раз направлял претензии – требовал или выдать диплом, или вернуть деньги за учебу. Институт не сделал ни того, ни другого, лишь вручил Дедову справку о том, что он четыре года учился на юриста.

Только в 2019-м молодой человек узнал, что у вуза нет аккредитации, и подал иск в Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга. Дедов просил взыскать с вуза 267 000 руб. за некачественные услуги, такую же неустойку, 100 000 руб. компенсации морального вреда и «потребительский» штраф.

Из потраченных на учебу денег суд взыскал лишь 193 000 руб., потому что только на эту сумму у Дедова были квитанции об оплате. Экс-студент доказывал, что 267 000 руб. получится, если рассчитать оплату по договору, который он заключал с вузом, но суд не принял такой расчет. Еще Дедов добился 198 000 руб. в качестве штрафа и 193 000 руб. неустойки – но их размер тоже снизили из-за отсутствия чеков.

А вместо 100 000 руб. компенсации морального вреда молодому человеку назначили 10 000 руб. Это разумно и справедливо, решила первая инстанция (дело № 2-2885/2019). Бывший студент не смог добиться перерасчета ни в апелляции, ни в кассации. После этого Дедов пожаловался в Верховный суд.

Что влияет на размер компенсации

В ВС спор рассмотрела «тройка» под председательством Сергея Асташова (дело № 78-КГ21-19-КЗ). Отсутствие квитанций об оплате не считается безусловным основанием для отказа в иске о взыскании стоимости некачественных услуг, напомнили судьи. Дедов ссылался на расчет по договору, а институт не говорил, что студент заплатил меньше, чем должен был.

Если неаккредитованный вуз не хочет возвращать деньги за учебу, то он должен доказать, что студент не платил.

Компенсацию морального вреда нижестоящие суды тоже подсчитали неправильно, считает ВС. Ведь Дедов, с его слов, целых три года не знал, что вуз остался без госаккредитации. Этот довод нужно проверить, решили судьи, и учесть его при подсчете компенсации. При оценке морального вреда нужно обратить внимание и на то, что институт не пытался помочь молодому человеку перевестись в другое учебное заведение, хотя по закону должен был. А когда Дедов сам направлял запросы, его отказывались брать на тот же курс из-за большой разницы между программой в «Юридическом институте» и госстандартами.

Дело вернули на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. Санкт-Петербургский городской суд назначил заседание по спору бывшего студента с вузом на 1 сентября (дело № 33-16787/2021).

Суды всегда снижают компенсации

Вопрос о том, как доказывать расходы, если нет квитанций, ВС разрешил логично, считает Елена Соплина, ведущий юрист INTELLECT (ИНТЕЛЛЕКТ) . Ведь институт выдал справку об обучении и никаких претензий по поводу оплаты своих услуг не предъявлял.

Случаи, когда вышестоящий суд признает несправедливым размер компенсации морального вреда, встречаются редко, говорит Евгений Зубков, адвокат из Инфралекс . Поэтому решение ВС может стать хорошим прецедентом для потребителей и наглядным предупреждением для нарушителей, полагает юрист. Три инстанции решили, что 10 000 руб. — это достаточная и справедливая компенсация, добавляет Соплина. Но не мотивировали этот вывод, а это противоречит ГПК. 

«Размер компенсации морального вреда зависит от субъективной оценки суда – в законе нет никаких критериев. А суды пытаются не допустить обогащения потребителя и не ухудшить безосновательно имущественное положение ответчика» — Елена Соплина, ведущий юрист INTELLECT (ИНТЕЛЛЕКТ)

Как правило, суды взыскивают небольшие компенсации, рассказывает юрист. Например, в похожем споре Верховный суд Крыма присудил студентке 10 000 руб. хотя девушка, как и Дедов, оценивала свои моральные страдания в 10 раз выше (дело № 33-2402/2018).

По спорам об услугах ненадлежащего качества и потребители, и нарушители их прав, и даже суды часто воспринимают компенсацию морального вреда как второстепенное требование, размер которого зависит от убытков потребителя, добавляет Ирина Фаст из АК Гражданские компенсации . Дедов изначально попросил небольшую компенсацию, отмечает юрист. Возможно, из-за этого ему и присудили так мало.

«Судебная практика сложилась таким образом, что заявленная компенсация морального вреда всегда уменьшается в несколько раз. И это не зависит от обстоятельств дела» — Ирина Фаст, адвокат АК Гражданские компенсации 

ВС же в очередной раз напомнил, что к определению размера компенсации морального вреда нельзя подходить формально. Важно подумать о том, что человек недополучил из-за действий ответчика. И не забыть учесть, как долго все это длится, объясняет Фаст. Дедов должен был стать дипломированным юристом еще в 2016-м. Прошло пять лет, а молодой человек до сих пор судится с институтом. За все это истец попросил всего 100 000 руб., столько ему и стоит присудить, уверена Фаст.

* Имя и фамилия изменены редакцией.

Источник

Должна ли больница содержать мать умершего пациента: решение ВС

По вине врачей умер сын пенсионерки, за счет которого она жила. Тогда женщина потребовала от больницы пожизненного содержания. Но три инстанции решили, что ей положена только компенсация морального вреда. Ежемесячные выплаты присуждать не стали, ведь у истицы остался еще один сын, который тоже может поддерживать ее деньгами. Но Верховный суд решил, что больница должна отвечать за медицинскую ошибку.

Врачебная ошибка

У Ларисы Сергеевой* было два сына: безработный Александр Сергеев* и хоккейный тренер Семен Сергеев*. Так как женщина трудилась на фирме с тяжелыми условиями труда, она досрочно ушла на пенсию. А после переехала к одному из сыновей – Семену. Он работал инструктором в нижнетагильском хоккейном клубе «Спутник». Спортсмен получал около 83 000 руб. Этих денег ему хватало на жизнь и содержание матери.

6 января 2016 года во время тренировки Сергеев получил травму и сразу же обратился в Городскую больницу № 1 Нижнего Тагила с жалобами на боль в районе живота. Оказалось, что нужна операция. Ее экстренно провел хирург Роман Уланов. Но швы он наложил плохо. У пациента открылось кровотечение, и уже на следующий день он скончался.

Инцидентом заинтересовались следователи. Во время проверки они выяснили, что к смерти пациента привела врачебная ошибка. Приговором Дзержинского районного суда Нижнего Тагила в конце 2017-го хирурга Уланова признали виновным в причинении смерти по неосторожности (по ч. 2 ст. 109 УК). Его приговорили к 2 годам ограничения свободы и на год запретили заниматься медицинской деятельностью (дело № 1-247/2017). Позже апелляция освободила врача от наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Компенсация и пожизненное содержание

Спустя почти три года после неудачной операции мать умершего хоккеиста обратилась в суд. Она потребовала с больницы, где работал хирург Уланов, компенсацию морального вреда в 5 млн руб. и ежемесячные выплаты по 55 500 руб. в качестве возмещения вреда за потерю кормильца. Отдельно она посчитала ежемесячные выплаты, которые ей полагались до дня обращения в суд. Получилось еще 1,6 млн руб., которые женщина потребовала перечислить сразу же.

Свои требования Сергеева объяснила тем, что находилась на иждивении сына. Его зарплата сильно превышала размер ее пенсии (83 000 руб. против 13 500 руб.), они жили вместе, были прописаны в одной квартире, вели совместное хозяйство, и доход сына был для нее основным источником средств.

Ответчик признал требования частично. Больница согласилась компенсировать моральный вред, но не захотела брать на себя обязательства по содержанию пенсионерки.

В итоге Дзержинский райсуд Нижнего Тагила решил взыскать с больницы компенсацию в 3 млн руб., а в остальной части Сергеевой отказал. То, что зарплата сына была больше пенсии матери, еще не говорит о полном содержании, решила первая инстанция. Факт иждивения она сочла недоказанным. Суд обратил внимание и на то, что у женщины есть еще один сын, и она вправе потребовать выплаты алиментов с него.

Апелляция согласилась с этим. Без изменения решение оставила и кассация, после чего Сергеева пожаловалась в Верховный суд.

ВС: нужно соотнести объем помощи

Дело № 45-КГ21-6-К7 рассмотрела тройка судей под председательством Людмилы Пчелинцевой. ВС подчеркнул: в законах не указано, какие именно обстоятельства подтверждают нахождение лица на иждивении для взыскания вреда в случае смерти кормильца. Сергеева в качестве доказательств использовала данные о совместном проживании и ведении совместного хозяйства, а также ссылалась на то, что зарплата сына была в разы больше ее пенсии. Поэтому вывод судов о недоказанности иждивения является неверным, указала «тройка».

Еще коллегия разъяснила, каким критериям должен соответствовать иждивенец. Он может иметь собственный доход, в том числе и пенсию, но средства погибшего кормильца должны были обеспечивать бó‎льшую часть его потребностей. Поэтому суд должен был сопоставить личный доход истицы с суммой, которую она получала от своего сына.

Чтобы понять, нуждалась ли Сергеева в постоянной помощи своего погибшего сына, Гражданская коллегия предложила выяснить несколько обстоятельств:

— Материальное положение Сергеевой при жизни сына и на момент его смерти;

— Какой доход получала истица и хватало ли ей собственных средств в том числе на покупку продуктов, лекарств, оплату коммунальных услуг и прочие расходы;

— Нуждалась ли истица в финансовой помощи сына;

— Сколько получал погибший при жизни;

— Помогал ли сын финансово своей матери и в каком размере;

— Каково соотношение между помощью сына и собственными доходами матери;

— Была ли помощь от Сергеева основным и постоянным источником средств к существованию для матери.

Еще ВС раскритиковал ссылки судов на то, что у женщины есть еще один сын, который обязан финансово поддерживать мать. Коллегия указала, что нижестоящие инстанции не могли перекладывать ответственность по содержанию матери на второго ребенка, ведь не он виноват в смерти кормильца. Пенсионерка обратилась с иском к больнице, так как ее врач допустил ошибку и плохо провел операцию. Поэтому именно клиника должна отвечать за ненадлежащее оказание медицинской помощи.

Указывая, что мать должен содержать второй сын, суды фактически освободили больницу от ответственности за вред, который причинил ее работник.

ВС отменил акты трех инстанций в части в отказе в удовлетворении иска Сергеевой, а спор вернул в районный суд. Рассмотрев дело повторно в конце июля, судья Юлия Блинова удовлетворила иск Сергеевой частично. Суммы пока неизвестны – решение на сайт не загрузили.

Детям и пенсионерам

Подобные споры возникают в практике не так часто, говорит Наталья Бокова, партнер АБ Казаков и партнеры . Чаще ежемесячных выплат из-за смерти кормильца по вине медиков удается добиться несовершеннолетним, продолжает руководитель ЮК Melegal Алина Чимбирева. Деньги им выплачивают не пожизненно, а до достижения 18-летия. Например, Нижегородский областной суд взыскал  ежемесячную выплату в пользу ребенка пациента, который скончался от не диагностированного вовремя тромбоза. Возмещение назначили с даты смерти до совершеннолетия иждивенца (дело № 33-12985/2018).

Содержания удается добиться и пенсионерам. Так, по делу № 33-24625/2016 право на ежемесячные выплаты по 54 000 руб. от частной клиники получили мать и дочь пациента. Смерть больного наступила от токсического воздействия лидокаина – врач превысил допустимую дозу. Апелляция отметила, что пенсионерке выплата назначается пожизненно, а девочке до 18 лет, либо до 23 лет, если она будет учиться в университете.

Бокова считает, что благодаря позиции ВС споров о присуждении ежемесячных выплат станет больше. Самое важное в решении Гражданской коллегии, по мнению эксперта, – запрет перекладывать ответственность с больницы на второго сына пенсионерки. «Иначе с медучреждения снималась бы ответственность и возлагалась на непричастное лицо», – заключила Бокова.

* имена и фамилии изменены редакцией

Источник